суббота, 25 июня 2011 г.

10. Просто друзья.

Отель был набит до отказа. В холле у стойки рецепшена люди сидели на сумках и чемоданах, ожидая отмены чей-нибудь брони. От гостиницы каждые двадцать минут курсировал шатл в город и дежурили такси, развозящие пассажиров по другим отелям. Доска расписания засыпана объявлениями о "дешевых" автобусных перевозках в Германию и даже Польшу. В отеле регулярно появлялись мужчины не европейской внешности, в потертых куртках, на ломаных английском и немецком предлагая свой сервис по перевозкам в Баварию, Варшаву,  Франкфурт. Цена билета доходила до 400 евро при обычной его цене в 120. 
"Всегда есть люди, готовые нажиться на чужой беде", - проронил Влад,  вставая в очередь к рецепшену, озвучив мысли самой  Вероники. 
"Может, это просто удачная бизнес-идея?" - приподняла она одну бровь.
"Настоящий бизнес тот, в котором денежная идея не превалирует".
Он катил ее чемоданчик по длинному узкому коридору, обитому ковролином. Влад настоял на сопровождении ее прямо до двери, хотя она уже поблагодарила его там, в фойе гостиницы, не желая больше задерживать.
"Почему женщины всегда думают, что точно знают намерения мужчины? - думал Влад. - И всегда делают собственные выводы из его слов. Я только сказал, что собираюсь взять такси и поехать в свой отель, который в городе, так она немедленно стала настаивать на моем отъезде, даже не позволяя проводить до двери. Она стала проявлять благородство (ненужное, черт) и выпроваживать меня восвояси, хотя я был бы рад остаться. Или пригласить ее на обед? Или она на самом деле устала и не хочет общаться?" Он посмотрел на часы. Два. Я должен был уже час как прилететь. Сейчас будет звонить Марина. Почему-то Владу не хотелось, чтобы Вероника слышала их разговор.
"Он хочет уехать. Неважно. Да и на самом деле - мы же просто друзья, именно это я чувствую по отношению к нему. Поэтому так легко с ним. Друзьям не пытаются понравиться. Друг - это то, что мне как никогда сейчас необходимо. Поэтому - почему бы не пригласить его просто поболтать вечером за пиццой?"
Вероника была разочарована, хоть и скрывала это. Ей не хотелось, чтобы Влад уезжал. "Но он же устал, наверное", не хотелось оставаться одной в этом далеком от всего отеля, возможно с какой-то пожилой немкой в номере, ей вообще не хотелось оставаться одной. Хотя на данный момент... может сам Бог предоставил ей такую возможность.
- Hi, - бодро и гостеприимно раздалось из комнаты, как только она открыла дверь.
По направлению к ней шла плотная энергичная женщина с протянутой для рукопожатия ладонью.
- Привет, - заговорила с ней  Вероника по-английски. – Товарищи по несчастью?
- Exactly, - заулыбалась компаньонка.
Так красиво говорить exactly могут только британцы, поэтому Вероника и не стала уточнять национальность своей «сокамерницы». Да и важно ли это?
Влад завез чемодан в комнату и уважительно поздоровался с Шелли, которая кокетливо подала ему руку. Он поставил чемодан у свободной кровати, и они остановились, первый раз за все время знакомства, не зная что друг другу сказать.  «Влад, - вдруг решилась она, - не знаю, просто подумала, коль уж так получилось, может быть, мы могли бы встретиться завтра, посмотреть город, выпить кофе, пообщаться. Я так рада, что тебя здесь встретила! Теперь мне будет одиноко одной».
«Я тебе только что сам хотел это предложить», - заулыбался он, придавая себе представительный вид. У тебя итальянский номер?
Вероника нарисовала на обрывке какого-то чека 11 цифр. «Я позвоню тебе. Отдыхай», - сказал он и снова умопомрачительно улыбнулся. Когда за Владом закрылась дверь, ее коллега,  захлопнув книжку, произнесла с разочарованным видом:
«А вообще-то я думала, что мне составит компанию этот привлекательный молодой человек. Ну что ж, придется мириться с присутствием привлекательной юной леди».
Вероника повернулась к ней вытаращив глаза. Шелли напустила на себя разочарованный вид, а потом игриво подмигнула – они вместе расхохотались. Шелли сразу же сняла барьер в общении в этой такой непростой ситуации. Как все-таки Вероника завидовала умению других людей всегда быть самими собой!
Как-только она уселась на кровать, расстегивая чемодан и вынимая оттуда книжку и косметичку, зазвонил телефон. На экране высветился номер мужа. Она не находила в себе сил поднять трубку. Сейчас Вероника была так далеко от их  утомительных бесед, семейного быта, проблем его родителей, братьев, детей братьев - она просто не хотела разговаривать. «Но надо же ему объяснить, что происходит».
- Как прошел твой полет? – заботливо спросил его бархатный голос.
- А-а-а, собственно, никак. Я в Австрии. Отсюда в Россию ничего не летит из-за вулкана. Меня разместили в гостинице. Возможно, завтра полеты возобновятся.
Он звучал взволнованно:
- Я же слышал в новостях, что полеты в некоторых аэропортах отменены, но не предал значения. Может, возьмешь автобус назад?
- Давай посмотрим, что будет завтра, - устало проронила Вероника, - я пережила сильный стресс, сейчас думаю только о том, чтоб отдохнуть.
Вероника глянула на часы. Что она будет делать столько времени здесь, с этой незнакомой женщиной, хотя она и кажется приятной собеседницей? – она украдкой бросила взгляд на углубленную в свою книгу соседку в свитере и джинсах. Та делала вид, что совершенно не интересовалась беседой.
Но как только Вероника захлопнула мобильный, с энтузиазмом повернулась к ней:
- У тебя фантастический английский!
- Да, только с русским акцентом, - улыбнулась одними уголками губ Вероника.
- Нет, правда. А откуда ты из России?
- Недалеко от Москвы. Туда и направлялась. А ты?
- А я лечу домой с Майорки.
Моя новая знакомая, как выяснилось, жила в Испании и работала преподавателем английского.
- Твой итальянский бамбино звонил? – прямолинейно осведомилась она.
- Что-то типа того. Муж.
- Ох, они такие горячие эти итальянцы, правда? А испанцы! О, мой Бог!
Она была какой-то нетипичной англичанкой, эта Шелли, задавая такие провокационные вопросы. Обычно британцам это не свойственно. А судя по их новеллам, они вообще верх церемонности!
- Да не знаю. У нас если честно, сейчас все не так хорошо, - вдруг вывалила ей Вероника.
- Понимаю. У меня было "все не так хорошо" десять лет, пока до меня, наконец, не дошло это.
Теперь мы расстаемся - после 15 лет вместе.
Шелли выглядела на 35. Значит, она встречалась с этим человеком с 20ти! Это же практически вся жизнь!
- Какой же это должен быть сложный шаг для вас...
- Да нет, лучше поздно, чем никогда. А зачем страдать? - рассмеявшись тряхнула она своими кудряшками. - Да мы уже давно и не любим друг друга. Зачем же мучиться? К тому же, у меня появился новый испанский поклонник. И, - она перешла на шепот,  - мы хотим попробовать завести ребенка!
Она выглядела счастливой. "Какая смелая женщина - подумала Вероника. У меня на родине ее посчитали бы сумасбродной, если не вообще рехнувшейся".
Шелли была полной, но с красивыми ногами и приятным лицом. Единственное, что портило его – чуть заметные усики над верхней губой.
- А этот молодой человек? – заговорщески повела глазами англичанка.
- Он мне очень сильно помог. Я не знаю, что бы без него вообще делала! - совершенно искренне ответила Вероника.


Вероника не могла остановить мысли о Владе. Они лились из нее одним сплошным потоком и перетекали не в ту плоскость, в которую она хотела бы. «Друзья. Просто друзья. Просто приятели, оказавшиеся в похожей ситуации. Я замужняя женщина, он возможно тоже не свободен. Я не собираюсь увлечься другим мужчиной... Просто пообщаться, из дружеской толерантности. Надо позвонить ему, спросить, как он добрался. Черт, у меня же нет его номера».

Вероника попыталась перестать ждать его звонка и придумать себе какую-то деятельность. Она остановилась на своей любимой: полежать и подумать. В полудреме она услышала мелодичный вызов телефона, и вскочила как ошпаренная с кровати:

- Привет, - говорил его голос. – Ты спишь?
- А-а, да, нет, не знаю.
- Я обнаружил тут неплохую кальянную, неподалеку от своего отеля - потом вызовем тебе такси домой. Что скажешь?
Ее сердце стремительно забилось. Она старалась звучать спокойной.

- Скажу, что хорошая идея.
Влад назвал адрес, она быстро записала его в блокнот, выудила из чемодана легкую блузку и светло-голубые джинсы и на цыпочках прокралась к туалету. Ее соседка, похрапывая, дремала на кровати.
Кальянная была оформлена в арабском красно-золотом стиле с многочисленными подушечками, ковриками и балдахинами. Влад опустился на одну сторону бархатного диванчика-уголка, Вероника – на другую.

- Ты замужем? – спросил Влад, когда Вероника взяла со стола свой коктейль,и на правом пальчике в который раз сверкнуло колечко.

- ("Вероника, вы просто друзья") Да, - честно ответила она. Три года. Вместе пять.
-  ("Она честна, уважаю") Почти как я. Только я тебя перегнал на год.
- Шесть лет женат?

- Нет, встречаюсь с девушкой, - отвел он глаза. – Помнишь, я тебе рассказывал, что случилось одно происшествие, которое вывело меня из депрессии?
- Помню, - затаила дыхание Вероника. 
- Это была встреча с ней. Мне было 22, - ностальгически произнес он. – Ей 19. Она была красивой, интересной и на ступень превосходила других русских девушек в Германии, с которыми я был знаком. Мы с ней понимали друг друга. Она была веселой и жизнерадостной и понимающей – то, чего в тот момент мне не хватало. Я словно снова начал жить рядом с ней. Слушай, - вдруг обратился он ко мне, - я даже не знаю, зачем это все тебе рассказываю. 
- Влад, не одергивай себя. 

Мы стали жить вместе. Она закончила школу. Я поступил в университет. Она планировала идти учиться дальше, но провалила экзамены. И все. Весь ее энтузиазм иссяк. Все хобби свелись к сидению в социальных сетях, походах с подружками и в спорт-центр, который она потом бросила. И сейчас у нас такой сложный период... (Какая же она все таки сексуальная. Черт, я не могу, просто не могу сказать ей правду...). 
- Ну зато она тебе готовила, прибирала дома, это ведь тоже много значит!
- Да ну, - рассмеялся Влад. – Я все делаю сам. Она не умеет готовить. Она одна дочка в семье, и всегда все делала за нее мама.
- А как же вы живете?
- Обеспечиваю я и мои родители, иногда ее помогают. Но все хорошо, просто меня напрягает ее нежелание учиться, развиваться, постигать что-то новое. Было время, она прибавляла около 10 килограммов. Вероника упавше подумала о себе. Она тоже прибавила за последний год около 5 килограммов, но рост и каблук, который она носила, помогали скрывать лишний вес.
- Влад, а почему, почему ты думаешь, люди полнеют? Когда они одни -такое происходит редко, в отношениях же часто. У меня много таких примеров. Подруги, и их мужья, которые после трехгодичной семейной жизни становились просто неузнаваемыми.
- Да я тоже набрал. Это все скука. Что-то, наверное, меняется в организме.
Арабские динамики затянули очередную мелодию про хабиби.
- Влад, - чуть помолчав, сказала Вероника. – Ее можно понять. Она любит тебя. Она хочет быть твоей женщиной. Вы встречались немалый срок, у тебя есть перед ней определенная ответственность. Есть женщины, которые не стремятся выйти замуж, удовлетворяясь простой близостью с мужчиной, а есть те, которые хотят стабильности и статуса жены, твоей половинки, понимаешь? 

- Я знаю. Я все это знаю. Просто…
- Ничего не чувствуешь?
Влад изумленно повернулся к ней. 
Вероника уже не думала о Владе ничего большего, как просто о друге. Да, он внимателен и харизматичен. Он до безумия обаятелен, он легок. Но она стала понимать, что все то, что происходит с ними - лишь общение двух изголодавшихся по нему людей, соскучившихся по хорошей беседе. Он вываливает ей все, всю свою душу, все свои страхи и сомнения, и ей хотелось быть искренней с этим человеком с такой странно-ронимой мужской душой.
- Я просто знаю, что это такое. Начинается с мелочей, перерастает в раздражение, потом безразличие. Все вокруг убеждают в обратном - и ты начинаешь верить. Только все чаще становится скучно и не о чем говорить - точнее, вообще не хочется разговаривать. - Она чуть-чуть помолчала. - Но говорят, что это нормально, и у всех так бывает. Он правда хороший, самый лучший из мужчин, которых я встречала. Просто он иногда…я не знаю, как это объяснить. Отсутствие глубокой спиритуальной связи?.. 
Влад внимательно слушал ее, но в то же время размышлял о чем-то своем. Им принесли кальян и два коктейля. 
- Или это на самом деле просто скука и отсутствие общих интересов, - закончила она сама для себя.
- Хм, - усмехнулся Влад. – Недуг,  которого  причину
Давно  бы  отыскать пора,
Подобный  английскому  сплину...
Короче:  русская  хандра - рассмеялась она. - Ты любишь стихи? 
Владу всегда было трудно признаваться в этом своем увлечении. Поначалу они обменивались с Мариной романтическими стишками наподобие: "Я люблю тебя как любит тихий ветер камыши". Влад пробовал сочинять песни. Только перечитывая их на следующий день - откладывал в кипу своих бумаг - такими примитивными они ему казались.
- Я никому еще в этом не признавался. Бывает. Но иногда это как портить красивое словами.
- Ты что, даже пишешь?
- Писал, - пощурился он.
К ней снова пришло ощущение легкости и уюта. С удовольствием выпустив струйку плотного белого дыма, Вероника закинула обе ноги на диван и уселась в позе йога. Влад еще долго говорил. А потом она. Он всегда внимательно слушал и не перебивал ее. Она вдруг осознала, что первый раз в ее жизни общение с мужчиной проходило в соотношении 50/50. В первый раз в жизни не говорила только она или только он. Они говорили абсолютно поровну, и им хотелось говорить. В пять утра он вызвал ей такси домой.

Он лежал в кровати и вслушивался в стук крупных капель о круглые окна отеля. После вчерашней беседы с ней он чувствовал себя обновленным. Он даже выспался, хотя уснул в шесть утра, а сейчас девять.
Она стала для меня лучшим другом – эта девочка. Так не бывает. Друзья приобретаются в юности, в школе, в университете. Найти настоящего друга в 28, так, чтобы не трепаться о всякой херне?.. Да еще в лице девушки?.. В незнакомом городе и другой стране? Очень весело ))) Действительно, у всевышнего есть чувство юмора.
Зазвонил телефон. Марина. Влад устоял от искушения выключить звук или сбросить звонок.
«Как ты, милый? - раздался из трубки нежный соблазняющий голосок. – Все заперт в своей темнице? Я прочитала в Интернете, что рейса в Вену не будет, зато будет назад сюда в Берлин, завтра вечером, кажется».
«Привет, Марин. Спасибо, сейчас все проверю. Как дела? Какие новости?»
Он слушал, но не слышал, о чем она говорила. Он смотрел в окно, на дождливую аллею, на темные свинцовые облака за окном, из которых того и гляди повалит снег.  На небоскребы и взлетающие самолеты.
«Ага, до встречи. И я тебя».
Он выключил телефон, уселся на кровати и обхватил голову руками.
Может, отменить все? Это катастрофа. Ка-та-стро-фа. Нет, я не могу так поступить. Это пройдет, то, что у меня сейчас: это чувство горечи и побега. Все же женятся в конце концов, черт возьми, - он покрутил в руках пустой стакан от чая. Ведь это – как называется – социальная норма общества. Значит идет ему, этому обществу, во благо. Да черт с ним, с обществом. Главное, она успокоится. 
Ему захотелось выпить.

Комментариев нет:

Архив блога